Электронная библиотека

сама влюбилась как следует. Кончилось это тем, что однажды рано утром подали мне лаконическую записку: "Mon cher Paul, venez me voir, j'ai a vous parler" {Милый Поль, приезжайте ко мне, мне нужно с вами поговорить (фр.).}. Я застал Марью Петровну в слезах, окруженную микстурами и примочками.

-- Я просила вас приехать,-- начала она слабым голосом,-- потому что считаю вас истинным другом. Вы не поверите, как тяжело разочаровываться в людях. Я совсем разочаровалась в Nicolas -- он меня не понял...

-- Но что же такое он сделал?

-- Я не могу вам сказать, что он сделал, но скажу одно: он совсем, совсем меня не понял...

Не добившись толку, я поехал к Коле. Тот принял сначала мои расспросы довольно сурово.

-- Да поймите, Коля,-- сказал я ему,-- что я вовсе не приехал производить следствие: в сущности, дело это вовсе меня не касается. Я просто, как друг Марьи Петровны и... ваш, хочу прекратить недоразумение, возникшее между вами. Что такое у вас произошло?

-- Да, право же, ничего не произошло,-- отвечал он, засмеявшись чему-то.-- Я просидел у тетушки весь вечер, она все играла ноктюрны, потом подали ужин, потом не знаю, почему... ну, одним словом, я, может быть, лишний раз поцеловал у нее ручку... Она рассердилась и ушла.

-- Вполне верю, что вы не хотели оскорбить Марью Петровну, но так как ее все-таки оскорбили, то что вам стоит извиниться перед ней?

-- Помилуйте, да я готов сто, тысячу раз извиниться.

Я сейчас же повез виноватого к Марье Петровне. Он почтительно извинился, получил прощение, но с тех пор почти прекратил свои визиты к тетушке. На этот раз он ее понял совсем хорошо.

Сегодня Марья Петровна вошла ко мне вся в черном и с лицом, с которым входят на панихиду. Осмотрев меня, она несколько просияла.

-- Я нахожу, Paul, что вы не так плохи, как говорил мне Федор Федорович.

Доктор сделал ей выразительный знак, который совсем не исполнил своего назначения, потому что она его не заметила, а я заметил.

-- Правда, Paul немного осунулся, но посмотрите: у него даже есть румянец... И знаете, Федор Федорович, мне кажется, что его совсем не надо лечить этими вашими сильными средствами... Ему бы можно дать Pulsatilla или mercurius solubilis {Названия гомеопатических лекарств: сон-трава, ртутная (лат.).}. Как вы думаете?

-- Вы знаете, Марья Петровна,-- отчеканил резко доктор,-- мое мнение о гомеопатии...

-- Ах, да, pardon, я забыла, что вы здесь, но все-таки я думаю, что pulsatilla не может повредить.

-- Если не может повредить, то не может и помочь, а если может помочь, то может и повредить... это cercle vicieuse {порочный круг (фр.).}, из которой вы не выйдете...

-- Сколько раз я вам говорила, Федор Федорович,-- заметила тоном нежного упрека Марья Петровна,-- что cercle мужского рода и что надо говорить: cercle vicieux, а не vicieuse...

Доктор, раздосадованный поправкой во французском языке, к которому имеет непобедимое пристрастие, а главное -- упоминанием о гомеопатии, объявил, что

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки