Электронная библиотека

Курьерским поездом, спеша Бог весть куда,

Промчалась жизнь ее без смысла и без цели,

Когда-то, в лучшие, забытые года,

И в ней горел огонь, и в ней мечты кипели!

Но в обществе тупом, средь чуждых ей натур

Тот огонек задут безжалостной рукою:

Покойный муж ее был грубый самодур,

Он каждый сердца звук встречал насмешкой злою.

Был человек один. - Тот понял, тот любил...

А чем она ему ответила? - Обманом...

Что ж делать? Для борьбы ей не хватило сил,

Да и могла ль она бороться с целым станом?

И вот увидеться им снова суждено...

Как встретятся они? Он находил когда-то

Ее красавицей, но это так давно...

Изменят хоть кого утрата за утратой!

А впрочем... Не блестя, как прежде, красотой,

Черты остались те ж, и то же выраженье...

И стало весело ей вдруг при мысли той,

Все оживилося в ее воображеньи!

Сидевший близ нее и спавший пассажир

Качался так смешно, с осанкой генерала,

Что, глядя на него и на его мундир,

Бог знает отчего, она захохотала.

Но вот проснулись все,- теперь уж не заснуть...

Кондуктор отобрал с достоинством билеты;

Вот фабрики пошли, свисток - и кончен путь.

Объятья, возгласы, знакомые приветы...

Но где же, где же он? Не видно за толпой,

Но он, конечно, здесь... О, Боже, неужели

Тот, что глядит сюда, вон этот, пожилой,

С очками синими и в меховой шинели?

3

И встретились они, и поняли без слов,

Пока слова текли обычной чередою,

Что бремя прожитых бессмысленно годов

Меж ними бездною лежало роковою.

О, никогда еще потраченные дни

Среди чужих людей, в тоске уединенья,

С такою ясностью не вспомнили они,

Как в это краткое и горькое мгновенье!

Недаром злая жизнь их гнула до земли,

Забрасывая их слоями грязи, пыли...

Заботы на лице морщинами легли,

И думы серебром их головы покрыли!

И поняли они, что жалки их мечты,

Что под туманами осеннего ненастья

Они - поблекшие и поздние цветы -

Не возродятся вновь для солнца и для счастья!

И вот, рука в руке и взоры опустив,

Они стоят в толпе, боясь прервать молчанье...

И в глубь минувшего, в сердечный их архив

Уже уходит прочь еще воспоминанье!

Ему припомнилась та мерзлая скамья,

Где ждал он поезда в волнении томящем,

Она же думала, тревогу затая:

"Как было хорошо, когда в вагоне я

Смеялась от души над пассажиром спящим!"

Начало 1870-х годов

МОЛЕНИЕ О ЧАШЕ

В саду Гефсиманском стоял Он один,

Предсмертною мукой томимый.

Отцу Всеблагому в тоске нестерпимой

Молился страдающий Сын.

"Когда то возможно,

Пусть, Отче, минует Мя чаша сия,

Однако да сбудется воля Твоя..."

И шел Он к апостолам с думой тревожной,

Но, скованы тяжкой дремой,

Апостолы спали под тенью оливы,

И тихо сказал Он им: "Как не могли вы

Единого часа побдети со Мной?

Молитесь! Плоть немощна ваша!.."

И шел Он молиться опять:

"Но если не может Меня миновать -

Не пить чтоб ее - эта чаша,

Пусть будет, как хочешь Ты, Отче!" И вновь

Объял Его ужас смертельный,

И пот Его падал на землю как кровь,

И ждал Он в тоске беспредельной.

И снова к апостолам Он подходил,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки